20:03 

3 часть 3имы

Не шалю, никого не трогаю, починяю примус
3
В строю

- Роб, ну где ты шатаешься!
- Где надо, там и шатаюсь, - буркнул Роберт, наспех оттирая с куртки следы штукатурки. Надо же было ему попасться на глаза Беллу аккурат в это утро. Бригадиру было всё равно, какой сегодня день, и он послал Роба на очередной фронт работ – еле успел управиться до начала линейки.
- Так, господа новобранцы, заткнулись, и соорудили себе умные лица! - ну кто ж ещё может так изъясняться кроме Манула вездесущего. Балагур хренов.
Брюс сам не понимал, почему он сегодня так раздражён – волнение что ли сказывается? Так давно уже привыкнуть следовало – как-никак уже целую неделю обитает в Редуте. Но сегодня восемь новобранцев официально перестанут быть новобранцами, будут зачислены каждый в свою бригаду, принесут присягу и получат знаки отличия.
Официально, чёрт побери. Да он уже неделю ползает по бункеру вдоль и поперёк что твой крот! У Саймона «Ацтека» Белла, бригадира Пятнадцатой инженерной, каждый человек был на счету. Потому-то Роберта и впрягли в работу с первого дня его появления. А ребята, с которыми он стулья просиживал на подготовительной базе, ещё толком ничего не видели, вынужденные всю эту неделю выслушивать наставления от сержантов Второй разведывательной.
Манул, самодовольный точно кот весной, молодцевато козырнул и отточенным движением распахнул дверь в большую кают-компанию:
- Оставь надежду всяк сюда входящий! - пафосно провозгласил он, а потом добавил хорошо знакомым Робу ехидным тоном, - Если что, я вас предупредил.
В кают-компании было не протолкнуться. Хоть она и называлась большой, но всё-таки для без малого шестидесяти человек – всего личного состава, находящегося в данный момент в Редуте – тут было тесновато. Обычно никто не делал различия между бригадами, но сегодня все блюли официоз, поэтому каждое подразделение сгруппировалось по отдельности. Впереди перед барной стойкой восседала четвёрка бригадиров – тех, кто сейчас по долгу службы находился в бункере. Они сдержанно переговаривались и всем своим видом подчёркивали значимость момента.
Сержант Токарев сопроводил новобранцев на свободное место в центре кают-компании, и отошёл к начальству – сегодня он почти официально замещал своего командира, Горыныча.
Роберт как и все новоприбывшие вытянулся во фрунт и уставился на старших по званию. Ацтек, командир последней по счёту, но далеко не по значению, Пятнадцатой инженерной бригады, всем своим видом являл аллегорию скуки – уж он-то был в курсе, кто ему достался в подчинение. Брюс пока ещё толком не разобрался, каким человеком был его бригадир – общались они по принципу «доброе утро, тебе сегодня нужно сделать то-то и то-то». В среде технарей даже ходила присказка, мол, Ацтека потому и прозвали так, что он в прошлой жизни точно был рабовладельцем или приносил жертвы и сейчас с лихвой отыгрывается на подчинённых. Впрочем, это ворчание никоим образом не мешало всему инженерному составу крепко уважать немногословного Белла и всегда слаженно работать.
Кристиан «Гудвин» Лесаж, бригадир Четвёртой связной, скользил взглядом ясных голубых глаз по строю новобранцев и будто что-то прикидывал в уме. Гудвину хором завидовали едва ли не все мужчины ГР – так уж исторически сложилось, что в его бригаде сверкало целое созвездие хорошеньких радисток, в котором ярче всего сияла младший сержант Эрида, прозванная многочисленными почитателями Великолепной. Сам же Крис только посмеивался и предлагал всем завистникам попробовать заставить десяток своевольных девиц выполнять указания начальства точно и в срок.
Бригадир Третьей боевой, Шон Харнер «Невада» с первого взгляда располагал к себе. Высокий крепкий мужчина с волевым лицом и спокойными манерами оставлял двойственное впечатление – добродушия и, в то же время, скрытой мощи. На пару с Горынычем, командиром сапёрной бригады, они олицетворяли рассудочность и умеренность в среде боевиков – в противовес Калигуле, а порой и Сирин, отличавшихся более несдержанным нравом. Подчинённые Невады его буквально боготворили и готовы были за ним лезть хоть в пекло, хоть в ядерный реактор.
Сирин Роб видел всего однажды – тогда, в первый день его работы, когда она зашла в контроллерную. В тот раз она показалась ему излишне высокомерной и холодной. Сейчас же бригадир Тейл и одета была более свободно – майка да джинсы – и вела себя попроще. Она сидела рядом с Невадой и сдержанно улыбалась, прислушиваясь к каким-то его словам. Поговаривали, что двоих боевых бригадиров объединял не только общий нелёгкий труд, но и нечто большее. Впрочем, в тонкости межличностных отношений сослуживцев Роб не вникал – не до того было.
Пока Брюс глазел на командиров, Манул взял на себя роль глашатая. Сверяясь со списком, он по очереди называл по имени каждого новобранца и тот, делая шаг вперёд, представлялся и называл ту бригаду, в которую был определён.
Расклад получился вполне предсказуемым: четверо парней зачислили к боевикам (по известным причинам там была самая большая текучка кадров), двоих ребят отдали медикам, одну девчонку определили в химическую лабораторию, и один, собственно Роб, достался в распоряжение инженеров.
Всё это распределение было формальностью, но формальностью необходимой. Потому что уже завтра новоприбывшие могли разлететься по другим базам и толком не увидеть никого, кроме своих новых соратников. А чувство общности, чувство того, что ты являешься весомой частью большого организации, члены которой собираются в одном месте, чтобы поприветствовать именно тебя – это довольно много значит.
Тем временем Гудвин достал из кармана и разложил на столешнице восемь новеньких, поблёскивающих эмалью, красно-зелёных значка с эмблемой Greenworld Radical – знак отличия, которым дорожил любой член ГР.
- Лесли Ольсен, Третья боевая бригада - вперёд шагнул белобрысый крепыш, и Лесаж приколол к его футболке яркий круг размером с крупную монету, - Поздравляю.
- Анна Херцберг, Пятая медицинская бригада, - рыжеволосая курносенькая немка покраснела, быстро и ярко как все рыжие, когда Гудвин прилаживал значок ей на грудь, - Поздравляю!
- Роберт Брюс, Пятнадцатая инженерная бригада.
Роб шагнул вперёд.
- У меня уже есть значок, - равномерный гул набившихся в кают-компанию людей как-то притих. Манул досадливо цыкнул, будто Роберт своей нелепой репликой взял да и разрушил настоящее таинство, Гудвин и Сирин разом посуровели, а Невада прищурился и спокойно спросил своим зычным голосом:
- Откуда он у тебя, позволь узнать?
- Подобрал.
- Где? - также ровно спросил бригадир Третьей, но в его тоне что-то неуловимо изменилось.
- В Праге.
- Интере-есно, - протянул Гудвин, - Это ж кто у нас знаки отличия по улицам разбрасывает.
- Боевик по имени Ёрш.
Мух в Редуте отродясь не водилось, поэтому наступившую тишину нарушал разве что шум воздухоочистительной системы.
- Ёрш, говоришь? - два слова в исполнении Сирин прозвучали как шипение какой-нибудь гюрзы – всё-таки некоторые люди способны действительно мгновенно меняться.
Тейл стремительно подошла к Роберту и замерла перед ним. Хотя бригадир и была на полголовы ниже Брюса, смотреть на неё сверху вниз почему-то не получалось. Поэтому он отвёл глаза и только сейчас заметил на её шее, слева, пониже челюсти, сложную татуировку – стилизованную птицу с женским лицом. Пока бригадир в упор изучала его, он увидел, что чёрный узор начал менять цвет – бурея прямо на глазах.
«Ого! Неужто термо-тату?» - подумал он, вглядываясь в мифическую женщину-птицу. Он слышал, что такие татуировки делались специальным пигментом, который реагирует на количество адреналина в организме. Пока человек спокоен и уровень адреналина у него в норме, рисунок остаётся чёрным, как только баланс нарушается, узор начинает краснеть и чем ярче татуировка, тем в более возбуждённом состоянии находится человек. Одно время термо-тату делали некоторым опасным преступникам, чтобы всегда можно было отследить их эмоциональное состояние. Но такие рисунки выбивали и простым смертным, если они находили немалые деньги, чтобы заплатить за эксклюзив.
Впрочем, сейчас был не самый подходящий момент, чтобы думать об этом. Сирин не собиралась оставлять его в покое.
- Отвечать чётко, - приказ был отдан ровным тоном, но серый взгляд был злым и пристальным.
- Когда?
- 21 февраля 2040 года.
- Где?
- Прага, карантинные кварталы.
- Сколько?
- Трое.
- Имена?
- Только одно – Ёрш.
- Как?
- Подобрал, когда боевики ушли.
- Почему отпустили вас?
- Не знаю. Их вызвали и они ушли.
- Врёшь.
- Нет.
- Врёшь, - процедила Тейл. Птица Сирин на её шее стала багрово-красной.
- Не вру, - упрямо повторил Роберт, чувствуя, что совершает очередную глупость, как и тогда, когда пытался объяснить трём «чумазым» как они с Генрихом очутились в карантине. Понимал, но остановиться он уже не мог, потому-то и пытался выдержать холодный неприязненный взгляд бригадира – ей бы василиском зваться, а не птицей.
Роб не удержался и мельком глянул по сторонам – равнодушные, настороженные или слабо заинтересованные лица. Даже Манул, с которым, как ему казалось, он подружился, смотрел невозмутимо и довольно пренебрежительно. Если бы вдруг выяснилось, что Брюс, несмотря на все проверки в подготовительном лагере, является продажной душой, Токарев с таким же спокойно-скучающим видом пристрелил бы его.
Почему-то вдруг стало отчаянно обидно, что ему не верят. Та дурацкая затея с вылазкой в карантин, кардинально изменившая его жизнь, – она ведь заставила его выбраться из накатанной жизненной колеи. Правда, оттуда-то он выбрался, а вот сюда, как оказалось, так просто его пускать никто не собирается. И на что он надеялся?
- Бригадир, слова пацана можно проверить, - вдруг пробасил чей-то прокуренный голос и из-за барной стойки вышел громила Батискаф – сержант Пятой медицинской бригады, - Надо всего лишь архив поднять да найти отчёт по пражской операции – там наверняка есть рапорт группы Ерша.
Роб видел, как у Сирин дёрнулась щека, и она невольно отступила от него. В ртутных глазах промелькнула досада, впрочем, почти сразу же пропавшая. Вспышка бешенства ушла, будто бы и не было – бригадир вернулась на своё место и что-то тихо сказала склонившимся к ней Гудвину и Неваде.
- Так, - Харнер хлопнул себя по колену, - Всё остаётся в силе – Роберт Брюс назначается в Пятнадцатую бригаду в должности инженера, знак отличия остаётся при нём. В качестве принимающего присягу я напишу отчёт во Вторую разведывательную бригаду и пошлю запрос в архив.
Роб только сейчас понял, как у него до этого были напряжена спина и плечи – теперь всё образуется. Ну не может не образоваться, если он честен! Да, ситуация получилась провокационная и ГР просто обязаны были насторожиться, но теперь они всё проверят ещё раз и убедятся, что ему можно доверять.
Церемония подошла к концу, и народ потянулся к бару. Новобранцам наливали, хлопали по плечу, пробовали на прочность их шкуру ехидными подначками. И даже Роберту досталась своя порция внимания – инцидента словно бы и не было. Роб пил, смеялся и огрызался. Он был почти счастлив…
- Манул, ты знаешь, что делать, - бригадир Тринадцатой плеснул коньяка в чашку кофе.
- Не впервой, - усмехнулся сержант Токарев и размял шею, - Всё сделаем.
Харнер пригубил кофе и поморщился от едкого дыма чёрных сигарет Гудвина:
- Крис, кончай смолить свой гудрон!
Тот лишь усмехнулся, демонстративно стряхнув пепел в банку из-под пива, стоящую на столе:
- Бугаям своим приказывай, а я как-нибудь сам разберусь, - Гудвин затянулся ещё раз и выпустил струю серого дыма в лампу, висящую над столом, - Игорь, зайди вечером. Расскажешь, что найдёшь.
- Хорошо, - Манул легко спрыгнул со стула и уже через минуту там, куда он ушёл, слышался здоровый многоголосый хохот.

4
Мало – не много

Лампы дневного освещения жужжали и тихо потрескивали. В воздухе слабо пахло озоном и какими-то травами – кажется, чабрецом да багульником. Ещё немного, и можно было бы представить, что сидишь где-нибудь на опушке леса у костра, в котором с треском рассыпаются берёзовые чушки, и слушаешь стрёкот ночных насекомых.
Но жёсткая койка уж никак не могла сойти за дёрн, а холодный свет ламп при всём желании не был похож на тёплые отблески огня.
- Не дёргайся – игла выпадет. Ещё немного.
- Бать, сколько ещё осталось?
- Сказал же немного. Миллилитров пятьдесят.
- Я не о том – сколько мне осталось?
Послышался звук какой-то возни – шелест разорванного пакета, звон склянок и щелчки по пластику.
- Пожалуй, начислю-ка я тебе ещё ампулу.
- Батискаф, мать твою! Ты мне ответишь или нет!
- Не психуй, тебе вредно.
- Бать…
- Разберёмся. А пока лежи смирно, а то ещё и снотворного вкатаю.
- Я и так его пью.
- Знаю. Поэтому лежи и не рыпайся.
Тяжёлые шаги протопали по направлению к Роберту, под дверью вспыхнула и погасла полоска света. В кабинет грузно ввалился сержант медбригады и хмуро посмотрел на Брюса, напряжённо сидевшего на высокой неудобной койке.
- Чего тебе? - недружелюбно бросил он.
Джеймс МакМахен, прозванный Батискафом за свои исключительные габариты и тяжеловесность, был столь же тактичен и дипломатичен как и махина, в честь которой он получил своё прозвище. Некоторые шутили, что ему в своей работе можно не использовать наркоз – один точный удар кувалдообразным кулачищем, и пациент мог проваляться в отключке добрых полчаса. Поэтому Роб решил благоразумно сделать вид, что до него не донёсся чужой разговор. И уж тем более было бы лишним уточнять, а не женский ли голос он слышал.

@темы: сюжет: всё готово - где тапки?

Комментарии
2009-05-30 в 20:47 

и нет ни печали, ни зла
а-а что ж ты не вычитавши-то? ты хоть запятые расставь! вот расставишь - тогда читать приду

2009-05-30 в 21:10 

rony-robber
Не шалю, никого не трогаю, починяю примус
серебристый лис
вроде все в норме было. я сегодня с другого компа сижу, а тут половина клавиш не работает.

2009-05-30 в 21:21 

серебристый лис
и нет ни печали, ни зла
ух
)) ладно )) уговорил - буду читать ))

2009-05-30 в 21:34 

rony-robber
Не шалю, никого не трогаю, починяю примус
серебристый лис
серьезно, я вычитывала!
недоработанные тексты стараюсь не выкладывать

2009-05-30 в 23:29 

и нет ни печали, ни зла
верю, гражданин па-ачётнейший )
но надо перечитать.

прозвища милы, а вот архив - наличие архива - у такой организации... либо не будет упоминаться перед рядовыми, либо не будет существовать )

2009-09-30 в 02:10 

смотри-ка, а: h.ua/story/47392/

URL
2009-09-30 в 09:45 

rony-robber
Не шалю, никого не трогаю, починяю примус
Гость
Ого, а вот это очень любопытно...
Спасибо!

   

Малая Тайная Обитель Графомана

главная